Добавить в Избранное Internet Explorer
Добавить в Закладки (для Firefox)

Просто инжектор

При перепечатках ссылка на http://injector.fotocrimea.com обязательна

КРЫША

Особенности национального сленга

 

 

В этой «Омеге» пришлось проверять всё – настолько машина была запущена. То есть, конечно, не весь автомобиль, а всё, что касается инжектора, а точнее, системы управления двигателем. Именно потому и притащили её к инжекторщику, что не сумели завести.

 

Притащивших было двое – хозяин Саша, он постарше – лет 30-35, подумал Толя, –  и Олег, тот помоложе, и ведёт себя так, будто хозяин он. В обращении достаточно корректны, но налицо явные признаки подражания то ли «новым русским», то ли «бандюкам», а может, и некоторой причастности. Почему некоторой? –  спросил себя Толя. И ответил сам себе – на «новых русских» и «бандюков» всё же не тянут, машины не те. Иномарки хоть и не так давно стали ездить по нашим дорогам, но более крутых и навороченных появилось уже немало. Да и сленг у ребят вроде помягче. Но ухо всё же надо держать востро.

– Интересные дела, – рассказывали они по очереди, – крутим стартер, все свечи мокрые. Просушиваем, одну свечу не ставим, заводится на трёх цилиндрах. Работает хреново и шумно, ехать, конечно, нельзя, но работает. А на четырёх свечах даже не схватывает. В чём дело?

Толя выкрутил и понюхал свечи – они были мокрые и чёрные, пахли бензином. Он подключил разрядник и убедился, что передача выключена.

– Покрутите несколько секунд, – попросил он Сашу, тот стоял ближе к двери водителя.

Саша включил стартер, последовательно побежал не слишком мощный и не очень стабильный, но всё же неплохой разряд. Видно, воздуха цилиндрам не хватает или топлива слишком много, – подумал Толя.

– Ну, что? – спросил рядом стоявший Олег.

– Или смесь богатая, или очистка цилиндров плохая, – сказал Толя.

– А почему заводится без одной свечи?

– Воздуха в цилиндрах больше становится, наверное, поэтому...

– А почему так?

– С ходу конкретно не скажешь, причин несколько. Надо все проверить, тогда станет ясно.

– Ну, например?

Где-то был до меня, сравнивает, – усмехнулся про себя Толя. – И боится, что лапшу навешу. А если ты, допустим, «бандюк», то чего тебе бояться? Других «бандюков», ясный пень.

А вслух сказал:

– Может, инжектора льют или давление завышено… А может, фаза или выпускной тракт…

Олег помолчал, подумал, переваривал.

– Ремонт сколько времени займёт? – спросил он.

– Проверка – час-два. А дальше по-разному, смотря что неисправно, и как пойдёт… Бывает, какая-нибудь гайка приржавеет, полдня откручиваешь.

– Ладно. Мы к вечеру подъедем.

– Хорошо, – сказал Толя. И спохватился, во всем ряду гаражей никого не было. – Задержитесь на пару минут? Компрессию помочь проверить, вдруг она виновата… Да, и ещё – только завести, обслуживать не надо? Ну, фильтра заменить, грязь вычистить, инжектора промыть, СО проверить и отрегулировать при необходимости…

Они подумали и решили, что раз уже машина у мастера, то – надо.

Компрессия цилиндров оказалась весьма приличной, и Саша с Олегом уехали на втором своём «Опеле» – «Кадете», которым и притащили «Омегу».

Первым делом Толя отмыл грязь на двигателе, чтобы не попала, куда не надо. Затем подсоединил к магистрали манометр с краном и направил топливный шланг в пластиковую бутылку. Единственный мерный стакан он жалел – слишком хрупкий. Вытащив реле топливного насоса, нашёл на колодке нужные контакты, воткнул в них перемычку. Давление зафиксировалось на ноль-трёх мегапаскалях, в бутылку потёк бензин с пузырьками воздуха, и Толя включил секундомер. Через полминуты он вынул перемычку, слил бензин в мерный стакан – 430 миллилитров. Маловато, но, во-первых, от аккумулятора, а во-вторых, двигатель всё равно должен работать, о заливе свечей системой топливоподачи и речи быть не может. Он снова воткнул перемычку, краном перекрыл поток топлива, максимальное давление насоса его устроило. Фильтра надо смотреть, – решил он, – но это потом, сейчас главное завести. Открыл кран, отсоединил вакуумный шланг регулятора от впускного коллектора, ртом втянул воздух из шланга, стрелка поползла вниз, – ясно, регулятор тоже рабочий.

Может, льют форсунки? Но чтобы разгерметизировались все сразу, это слишком маловероятно. Максимум, одна, от силы – две. Толя несколько минут понаблюдал за манометром – давление держит, герметичность не нарушена. Значит, надо проверить длительность управляющих импульсов. Он вставил щупы осциллографа с тыльной стороны форсуночного разъёма, на всякий случай мультиметром проверил, не закоротили ли они цепь. Нет, короткого нету, 4,5 ома – это нормально для синхронного впрыска. Включив стартер и вглядываясь в картинку на экране осциллографа, Толя убедился, что импульсы в допуске.

Он мысленно вернулся к зажиганию. В трамблёре более-менее порядок, иначе была бы искровая «аритмия». Фаза зажигания? Провернуть трамблёр невозможно, он сидит прямо на головке, а бегунок – на распредвалу. Значит, если фаза, то это только ГРМ. Но это чуть позже, а сейчас, чтобы не терять время, надо поставить форсунки на очистку. Он ещё раз взглянул на манометр и стравил давление в тряпку, ослабляя хомуты и снимая шланги. На этом двигателе распределительная магистраль демонтировалась сравнительно легко, и она была в его руках уже минут через пятнадцать. Толя снял защёлки, с трудом извлёк инжекторы – все уплотнительные сальники остались в гнёздах. Ого, приклеились, – подумал Толя, – тут либо давно не было ухода, либо «умелые ручки» поработали какой-нибудь нештатной смазкой, мылом, например, бывало и такое… Он осторожно вытащил сальники и проверил на порывы, слава Богу, целые и эластичные. Грязи в сетчатых фильтрах не оказалось, и Толя установил инжекторы в стенд. Тест динамической производительности показал, что да, чистить надо, да и факелы – не очень. Он вызвал из памяти микропроцессора свою, отработанную многократными проверками, программу очистки и нажал на кнопку «Выбор». Форсунки запели на разных частотах, Толя чуть подкорректировал давление, убедился, что мерные мензурки наполняются и сливают в бак нормально, и пошёл к машине. Стенд теперь справится сам, он работает не хуже, а может и получше фирменного, не зря Толя целый год его конструировал, строил и отлаживал, а теперь есть 70 минут, пока выполняется программа, заняться другими делами.

Он снял крышку клапанов, метки искать не стал. Вставил длинную отвертку в свечное отверстие первого цилиндра и начал медленно ключом проворачивать коленвал по ходу вращения, наблюдая за отвёрткой, чтобы не закусила. Отвёртка пошла вниз. Ладно, подумал Толя, проверю по второму-третьему цилиндрам. Отвёртка замерла, а затем, чуть только стала подниматься, Толя вернул её вниз и вытащил. Теперь клапана. Он стал изучать углы кулачков. Кулачки второго цилиндра освободили оба клапана, значит, те закрыты – это конец такта сжатия, начало рабочего хода. В третьем цилиндре наоборот – кулачки слегка давят, причём почти симметрично, это перекрытие клапанов в конце такта выпуска или, что то же самое, в начале такта впуска. Значит, здесь тоже порядок. Толя чертыхнулся, – зряшную работу проделал. Но ведь эта проверка неизбежна, – успокоил он сам себя, – причина незапуска с чёрными и мокрыми свечами вполне могла прятаться в фазе. А вот времени хоть и жалко, но зато теперь есть полная уверенность, что здесь порядок.

Он установил клапанную крышку на место. Теперь надо под днище. Похоже, вся причина в системе выпуска отработавших газов.

Он взял баллончик WD-40, нырнул в смотровую яму и обильно пролил все резьбы катализатора и глушителя. Затем, прежде, чем снова нырнуть, но уже надолго, он навёл порядок под капотом, убрал ненужные инструменты, прикрыл свечные и форсуночные гнёзда и присел передохнуть, а мысли сами соскочили с машины и побежали к дочкиной квартире. Так, – думал он, –  вечером заскочу к жестянщику, и завтра с утра можно будет заняться дочкиной крышей, эту машину я, безусловно, сделаю, так что рассчитаться будет чем.

Дочка несколько месяцев назад развелась с мужем, и Толя перевёз её и двухлетнего внука из другого города. Он спешно продал 7-летнюю «пятёрку» БМВ и купил что подвернулось – 2-комнатную «хрущёвку» на пятом этаже. Подозрения, отвергаемые суетливым хозяином, быстро подтвердились при первом же ливне – угол стены намок, а на площадку текли струйки воды. Правда, Толя за это сбросил некоторую сумму, но от этого было не легче, и что-то надо было делать. В ЖЭКе ему дали телефон жестянщика и пообещали компенсировать стоимость материалов стеклом (ладно, – подумал тогда Толя, – застеклю дочке балкон). Жестянщик был немолод, в этом районе жил давно, и этот пресловутый угол крыши знал хорошо. Три листа оцинкованного железа уже были в его мастерской, он делал из них отливы и часть водосточной трубы, остальные листы – в квартире.

Он прервал свои мысли, и в яме начал с катализатора, так как хорошо знал, что внутренности глушителей разрушаются реже. С трудом отсоединил передний фланец катализатора и сдвинул его, освобождая выход выхлопу. Кряхтя, вылез из ямы, посмотрел на дисплей стенда, счётчик обратного отсчёта времени показывал, что до конца программы очистки оставалось несколько минут. Толя понаблюдал за факелами инжекторов – они заметно улучшились – и вернулся под капот машины менять топливный фильтр тонкой очистки, чистить и промазывать посадочные гнёзда форсунок в головке блока. Вскоре стенд пропищал тройным сигналом буззера, инжекторы прекратили пение, и на дисплее появилась надпись «очистка завершена». Толя включил тест и убедился, что очистка была успешной – инжекторы показали параметры, близкие к номинальным. Опцией «продувка» удалил жидкость из системы, извлёк инжекторы, промазал сальники, смонтировал магистраль, установил её на штатное место двигателя, вкрутил свечи и включил стартер.

Двигатель завёлся с пол-оборота и загрохотал под днищем выплёвываемыми газами. Толя чуть прогрел его, поработал педалью акселератора – обороты росли уверенно. Ну, вот почти и всё, остались мелочи, – хмыкнул он про себя и выключил зажигание.

Он открутил задний фланец, просмотрел катализатор на свет и потряс его. Ячейки не просвечивались, внутренности явно перемещались, сыпалась пыль, и Толя ломиком выбил тело катализатора, вытряхнул его и установил пустой корпус на место. Теперь двигатель заработал тихо, но, конечно, без очистки. Толя прогрел его, вставил зонд в выхлопную трубу – нет худа без добра, отрегулировал содержание оксида углерода и проверил сигнал лямбда-зонда. Открутил фланец на топливном баке, достал сетчатый цилиндр – фильтр грубой очистки – проверил его целостность, промыл и установил на место. Производительность системы топливоподачи выросла до 1,5 литров в минуту, Толя сел за руль и выехал из мастерской. Он проехал около шести километров, вернулся в мастерскую, откорректировал СО и выкрутил свечи – они очистились и приобрели рабочий вид. Вот теперь всё.

Дожидаясь клиентов, он занялся своими делами, параллельно обдумывая завтрашний ремонт крыши. Саша с Олегом вскоре подъехали, рассчитались, совершили пробную поездку и работу приняли.

Толя убрал рабочее место и поехал на своей «копейке» к жестянщику. У того всё было готово. Толя обговорил с ним завтрашний день, забрал трубу и отливы и отвёз их на дочкину квартиру. Они начали работу на крыше с раннего утра, Толя здесь был подмастерьем. Они сбросили старое прогнившее покрытие и к обеду установили всё новое. Крыша получилась добротной, Толя рассчитался, облегчённо вздохнул и поехал в мастерскую. Он с удивлением обнаружил возле ворот брошенную вчерашнюю «Омегу» с прикрученным буксирным тросом, открытыми дверьми и ключом в замке зажигания. Он сел за руль «Омеги», включил стартер, двигатель не запустился. Он открыл капот, всё было на своих местах. Мысленно проанализировал свою вчерашнюю работу и не нашёл в ней ошибок. Ладно, – подумал он, – моей вины тут нет, а машину надо делать и, прежде всего, закатить в мастерскую. Он закрыл «Омегу», положил ключ зажигания в карман и сел в «копейку», чтобы по гаражам поискать, кто бы помог затолкнуть «Омегу». Не успел он тронуться с места, как на повороте показался «Кадет» Олега.

– Ты, мужик, – презрительно и медленно сказал Олег, едва выйдя из «Кадета», – ты за что бабки взял?

– А что случилось?  – едва сдерживая себя от такого тона, спросил Толя. В какой-то степени их можно понять, – подумал он, – им всегда кажется, что в таких случаях виноват мастер…

– Что случилось, что случилось… – подскочил к нему Саша, – на тридцать километров твоего ремонта хватило, мастерюга…

Внутри Толи сжались все пружины. Глядя Саше в глаза, он тихо и с расстановкой повторил:

– Вы можете объяснить, как это произошло, или нет?

– Хули тебе объяснять, – взвился тот, – бабло на стол, а машину делай.

– Бабло, – чётко и внятно сказал Толя, – ушло на ремонт крыши. Хочешь, чтоб я машину делал, смени тон. Я – за – рулём – не – сидел. Ломал – её – ты.

Он положил ключ зажигания на багажник «Омеги», медленно повернулся и пошёл к своей машине. Странно, но они притихли. Толя сел в «копейку», вставил ключ в замок и закрыл дверь.

– Подожди! – громко сказал Олег и подошёл. Толя внимательно посмотрел на него через опущенное стекло, что-то в нём неуловимо изменилось. – Извини, – сказал Олег, – но машина эта, б…, замучила, надо делать.

 – Ладно, – стряхивая с себя напряжённость, сказал Толя, – так как это всё-таки случилось? Может, просто бензин кончился?

– Да хрен его знает, заглохла и всё. А бензина там ещё литров десять.

– Останьтесь, – сказал Толя, – проверим вместе.

Они затолкали «Омегу» в мастерскую. Свечи и зажигание были в порядке. Давление упало вдвое, производительность – ноль. Толя посмотрел на указатель уровня топлива – действительно, литров десять есть. Но что такое десять литров? Только насосы ломать от перегрева и полусухого трения, тем более, что стоит жара. Сколько ни говори клиентам, а они всё «экономят». Да заправляй ты хотя бы по полбака, а не напёрстками, бензин-то всё равно твоим остаётся, так нет же…

– Насос, – сказал Толя и полез в яму. 

Ему сразу бросилась в глаза свежая глубокая вмятина внизу на бензобаке, и как раз в том месте, где установлен успокоитель с опущенным в него сетчатым фильтром. Он высунулся из ямы.

– В днище был удар? – спросил он Сашу. Тот задумался.

– Сзади, – уточнил Толя.

– Да, что-то грюкнуло, – вспомнил Саша, – когда по плохой дороге ехали.  

Он вместе с Олегом спустился в яму.

– Вот и вся причина, – показал Толя, – всасывающая трубка с фильтром приподнялась, а когда уровень бензина снизился, он перестал в трубку попадать.

– А что делать?

Толя подумал:

– Три варианта. Ездить так, как есть, но в баке должно быть минимум двадцать литров. Или – бак снять, вырезать отверстие, отрихтовать и заварить, но я такую работу не делаю. Третий вариант – купить бак на разборке и поменять, это я смогу.

– Канистра есть? – спросил Олег и поехал за бензином.

Они заправили бак, и двигатель завёлся как часы. Они поблагодарили, вернувшись в обращении на «вы», извинились и уехали. Больше Толя их не видел.

– Ладно, – ответил он им на прощание, – бывает и хуже. Но реже.

А сам задумался – а почему они так резко тон переменили? Ах, вот оно что, – догадался он, – крыша! Ведь я сказал, как было – что деньги ушли на ремонт крыши, а они поняли, что я отдал тем, кто меня «крышует». Других «бандюков» испугались! Знали бы они, что «крыши» у меня нет, было бы, наверное, по-другому…

Он усмехнулся про себя и поехал в ЖЭК «выбивать» стекло. Интересно, а «балкон» с чем-нибудь ассоциируется в новорусском сленге?

 

Силён ведь, однако, великий и могучий…

 

Николай Викторов


Обсудить на ФОРУМЕ "Просто инжектор"

 

Главная страница





Copyright: "Просто Инжектор©" 2007

Rambler's Top100